Этот внутренний коллективизм — естественная социальная форма всякой науки — должен был найти и внешнее выражение: в постепенном преодолении изоляции отдельных исследователей и в объединении их в небольшие рабочие группы.
Так как уже в процессе первого перехода к более строгим формулировкам большинство прежних спорных вопросов оказалось псевдопроблемами, можно ожидать, что и различия теоретических позиций между существующими ныне "школами" будут постепенно уменьшаться.
4. Во всех этих вещах содержатся вполне определенные требования к исследователю, способствующие известному отбору и имеющие своей целью вызвать новый тип ученого-искусствоведа. Должен отмереть тип историка искусства с нечистой совестью, который, будучи убежден в том, что произведения искусства нельзя изучать (а можно только "переживать"), тем не менее — и плохо — занимался их изучением. Вслед за этим должны были появиться те односторонне одаренные люди, которые свою способность к эстетическому воспроизведению считали уже научным достижением. Но как раз этой способности должны быть предъявлены повышенные требования — подобно тому как у каждого исследователя музыки предполагается ведь известный минимальный уровень способности к воспроизведению, но теперь требуется дополнить эту способность совершенно иной способностью к свободному от эмоций научному наблюдению и понятийному, логическому мышлению. И, наконец, те ученые, для которых исследование искусства служило лишь удовлетворению посторонних амбиций (философских, общекультурных интересов), должны уступить свое место ученым, для которых познание как раз этих феноменов является насущной потребностью и первичным интересом.
Медленный, осторожный метод работы требует терпения и известного спокойствия; растворению в мелочах воспрепятствует обширный естественный круг задач, которые следует решить, и обязанность всеохватывающего проникновения в "глубину" предметов. В общем, тип и иерархию исследователей будет определять "хорошее" соединение противоположных способностей, подцерживающих взаимное напряжение, — способностей к эстетическому воспроизведению и научной продуктивности, созерцания и абстрактного мышления и т. д.
Наконец, почти бесконечная пластичность "фактов" в этой области, с которыми предвзятое мнение никогда не может столкнуться столь чувствительно, как с жесткими фактами других областей исследования, — эта пластичность требует от исследователя строго обуздать свое желание видеть вещи такими, как ему бы этого хотелось.
5. Исходя из этого нового основания позднейшая научная "популяризация" результатов станет гораздо более легкой и сможет обойтись без уступок дурному журнализму.
Заново формирующаяся наука об искусстве сможет, не оставляя собственных интересов, удовлетворить оправданные требования художественной публики, которые игнорировались в течение долгого времени. Естественное требование, предъявляемое любителем науке об искусстве, — это желание узнать об отдельном произведении что-то такое, что сделает его хаотическое переживание более осмысленным, ясным, целостным и проработанным. Он находится в поиске "установок" по отношению к художественным созданиям — но это как раз и составляет кардинальную проблему новой фазы науки об искусстве. Через это совпадение интересов становится возможным отказаться от тех суррогатов, которыми должно было довольствоваться неудовлетворенное желание. Излишне воспламенять беспредметные эмоции, когда благодаря познанию произведений удается раскрыть заключенные в них самих эмоциональные силы и довести их до воспринимающего. И так как, согласно этому взгляду, прогрессирующее познание в равной мере и предполагает, и имеет своим следствием новое, "лучшее" восприятие, то этот вид популяризации будет сознательно преобразовывать восприятие, как это уже сегодня пытается делать хорошая популярная литература, вместо того чтобы сообщать либо фрагментарно-интеллектуальное знание о произведениях, растворяющееся в эмоциональном тумане, либо разрозненные фантазии о них. Следовательно, эта популяризация — в максимальной близости к предмету и жизни — будет иметь своей целью образование в такой сфере, которая прежде формировалась лишь попутно и случайно.