Каждый, кто сегодня работает в искусствоведении, приступая к решению своей особой задачи, уже каким-то образом определился в своем отношении к целому ряду проблем, даже если сам он и не подозревает об этом и даже если позиция его состоит только в том, что он просто игнорирует проблему либо считает свое решение ее чем-то само собой разумеющимся. В этой смутной, не вполне сознаваемой и поспешно минуемой зоне, предшествующей "настоящей" и ценимой работе, решается вопрос о том, какое значение будут иметь все эти усилия для формирующейся науки, да и можно ли вообще считать их наукой об искусстве. Типичные "направления" существующего искусствознания можно было бы вывести просто из того, как они решают или игнорируют отдельные кардинальные проблемы, и если бы какая-либо рабочая группа захотела в точности описать все то, что она собирается делать, проще всего для нее было бы изложить свое отношение к упомянутым основным вопросам, которых не может обойти ни одно искусствоведческое исследование. Далее  речь   пойдет  о  таких  кардинальных   проблемах. Антитеоретики, которым занятие этими проблемами представляется бесплодным "теоретизированием", не осознают того, что они также теоретизируют, хотя и в неявной форме, и что от этой их невысказанной теории зависят и материальные "результаты", ими достигнутые61.